Сломанный дважды

Когда произносят имя «Рэмбо», в голове почти сразу всплывает образ из горы мускулов с пулеметом наперевес, в одиночку грозящий целой армии. Этот образ в основном родом из сиквелов, начиная с «Рэмбо: Первая кровь 2» 1985 года, где Джон Рэмбо (Сильвестр Сталлоне) действительно превращается в непобедимого суперсолдата. Но фильм 1982 года — совсем другое кино, и в этом главная причина, по которой его стоит пересмотреть.
 
В картине Теда Котчеффа Рэмбо за весь хронометраж становится причиной гибели только одного человека. И это даже не убийство в прямом смысле: помощник шерифа Арт Галт (Джек Старретт) стреляет в Рэмбо с вертолета, тот бросает камень, Галт теряет равновесие и разбивается при падении. Остальных преследователей Рэмбо лишь обезвреживает, сознательно избегая смертельных ударов. Уже один этот факт многое объясняет: «Первая кровь» — фильм о человеке, который не хочет убивать. Сам режиссер говорил об этом прямо: его Рэмбо вернулся из Вьетнама, не желая никого лишать жизни, он ненавидит насилие и возвращался в Америку не для того, чтобы его творить. Он просто устал смотреть, как убивают его друзей и вьетнамских женщин, и это отвращение к насилию пропитывает весь фильм.

Сюжет при этом прост и жесток. Джон Рэмбо — ветеран Вьетнама, боец элитного подразделения «Зеленые береты». Спустя несколько лет после войны он идет по штату Вашингтон в поисках последнего выжившего сослуживца — Делмара Берри. Добравшись, он узнает, что тот умер несколько месяцев назад от рака, вызванного, предположительно, «Агентом Оранж». Рэмбо остается последним живым из своего подразделения. Идти ему некуда, и он направляется в ближайший городок Хоуп, что значит «Надежда», и само это название звучит горькой иронией.

Шериф Уилл Тизл (Брайан Деннехи) замечает подозрительного мужчину. После короткого разговора он решает, что перед ним бродяга, которому здесь не место, и вывозит его за черту города, приказав идти дальше. Рэмбо разворачивается и идет обратно, и Тизл арестовывает его за бродяжничество. В участке помощники шерифа начинают его унижать, и у Рэмбо вспыхивают воспоминания о вьетнамском плене, где его пытали. Он дает отпор, вырубает нескольких помощников, угоняет мотоцикл и сбегает в горы. Тизл организует погоню, и с этого момента человек, которого учили не чувствовать боли, использует все, что он усвоил на войне, против тех, кто его преследует.

Важно понимать, насколько фильм отличается от книги. Роман Дэвида Моррелла 1972 года — куда более мрачное произведение. В книге Рэмбо окончательно срывается в участке и, вырвавшись, устраивает настоящую бойню. Моррелл оценивал число погибших примерно в 250 человек. В финале романа Рэмбо погибает. Фильм изменил все радикально: Рэмбо выживает и, что важнее, почти никого не убивает. Для картины даже сняли смертельную концовку, верную книге, но в итоге от нее отказались, и продюсеры об этом не пожалели, потому что живой, способный на продолжение Рэмбо оказался ценнее мертвого трагического героя.

Но у этой правки был и неожиданный побочный эффект: она сделала «Первую кровь» гораздо более сложным фильмом, чем книга. Роман — притча о насилии, фильм — история о том, как человек, доведенный до предела, удерживается от насилия. Рэмбо не может убивать не потому, что разучился, а потому, что отказывается. Именно это самообладание делает финальный взрыв эмоций таким сокрушительным. Еще одно важное отличие: в книге полковник Сэм Траутман (Ричард Кренна) — почти эпизодическая фигура, а в фильме он становится ключевым персонажем. Именно он обучал Рэмбо убивать, именно он прибывает в город, чтобы остановить бойню, и именно ему Рэмбо в финале выкрикивает всю свою боль. Траутман — это государство, которое сначала сделало из Рэмбо машину для убийства, а потом отвернулось.

Кульминация «Первой крови» — это не перестрелка и не взрыв, а разговор. Рэмбо, загнанный в угол, рыдая, произносит перед Траутманом монолог, который Сталлоне, соавтор сценария, во многом написал сам. Он кричит, что это не его война, что он не просил, чтобы его туда послали, что он хотел сделать все правильно и сделал все правильно, но вернулся, и его встретили плевками. Он рассказывает о друге, которого взорвал вьетнамский мальчик, о кровавых лужах, о том, как его самого пытали. И заканчивает словами о том, что просто хочет, чтобы его страна любила его так же, как он любит ее. Это крик души сломленного человека.

Сегодня «Первую кровь» стоит пересмотреть по нескольким причинам, и все они связаны между собой. Прежде всего, это фильм о ветеранах, а не о войне. Картина вышла через семь лет после падения Сайгона, когда Америка еще переваривала вьетнамский синдром. Но ее тема шире: общество, которое отправляет людей воевать, а потом не хочет их видеть. Проблема возвращения с войны — от Вьетнама до Афганистана и Ирака — не устарела. Кроме того, это редкий пример сдержанного боевика: здесь почти нет мяса, напряжение держится на погоне, выживании и психологии. Рэмбо побеждает не потому, что он сильнее, а потому, что умеет выживать там, где другие гибнут, а современные боевики часто забывают, что угроза работает сильнее, чем бесконечные взрывы.

Это также фильм о травме: сцены флешбэков с пытками, подвешиванием и лезвием у горла — не украшение, а механизм сюжета. Рэмбо реагирует на стимул, не выбирая насилие осознанно, и Котчефф снимал это как историю о посттравматическом стрессовом расстройстве задолго до того, как аббревиатура ПТСР вошла в массовый оборот. Нельзя забывать и о политическом подтексте: лента критикует американское общество с его провинциальной нетерпимостью, полицейским произволом и лицемерием. Маленький городок Хоуп — как микрокосм страны, которая выбрасывает своих солдат на свалку. Наконец, это просто хорошо сделанное кино: операторская работа Эндрю Ласло, музыка Джерри Голдсмита, фактурные горы, дождь, холод. «Первая кровь» визуально и аудиально плотнее большинства боевиков эпохи, и именно этот фильм породил целый пласт кино о ветеране-мстителе, а также бесчисленные пародии и отсылки. Но, что важнее, он был и остается одним из немногих голливудских проектов, которые прямо говорят: мы сделали этих людей такими, а потом предали их.
 
«Рэмбо: Первая кровь» — это история о человеке, которого сломали дважды: сначала войной, потом домом. Джон Рэмбо не хочет быть героем, он хочет, чтобы его просто оставили в покое. Шериф Тизл не злодей в чистом виде, а продукт системы, которая боится того, чего не понимает. А полковник Траутман — это напоминание о том, кто создал такого монстра. Пересматривать это кино сегодня стоит и потому, что оно заставляет задуматься о том, кого мы отправляем воевать и что делаем с ними после?..